Глава 17 (Сингл: Ксандр/Тиль)
1
***
Вернувшись после душа в спальню и удобно устроившись в объятиях Ксандра, который почти сразу же уснул, Тиль еще некоторое время просто лежал и смотрел на мужчину. На то, как он спокойно спит рядом, на то, как мерно вздымается его грудь, и под это медитативное созерцание и сам начал проваливаться в тревожный сон.
Тиль помнил о маме и чувствовал себя немного виноватым из-за того, что строит, а вернее воюет за свое счастье, пока она лежит в больнице в тяжелом состоянии. Помнил он и о том, что завтра ему придется вернуться в колледж, где он вновь будет вынужден терпеть насмешки и избиения. Также парень прекрасно осознавал, что их с Ксандром отношения не примет ни отец мужчины, ни его друзья. Особенно Ричард.
Дик, конечно, немного успокоился, заполучив Ксандра в свое полное распоряжение. Но что он скажет теперь? Наверняка начнет снова придираться...
Тиль тяжело вздохнул и повернулся к Ксандру спиной. Мужчина тут же привлек его к себе и поцеловал в затылок, во сне проговорив его имя и еще какие-то неразборчивые, но, несомненно, ласковые слова.
Парень улыбнулся и немного расслабился. Ксандр не позволит, чтобы его обижали. Тиль искренне в это верил.
Засыпая, он был действительно счастлив. Но сон его длился всего несколько мгновений и был жестко оборван звонком мобильного телефона, раздавшегося из гостиной.
Парень вскинулся и, резко поднявшись, посмотрел на Ксандра, который по-прежнему спал как убитый.
Тиль осторожно выбрался из объятий мужчины, стараясь не потревожить его, и направился в гостиную. Звонок как раз в этот момент оборвался, но тут же вновь раздался в тишине квартиры.
«Кто же это?» – подумал Тиль. – «Может, из больницы?»
С бешено долбящимся о ребра сердцем, парень взял со стола телефон и шумно выдохнул, прочитав знакомое имя.
Ему звонил Ричард. Вот только зачем?
- Тиль? - раздался в динамике знакомый голос.
- Да, это я, - тихо проговорил парень, чтобы не разбудить Ксандра, и оглянулся на приоткрытую дверь в спальню мужчины. – Что-то случилось?
В динамике послышался облегчений вздох, а следом и слова.
- Как ты себя чувствуешь, приятель? Что вообще за хрень с тобой тогда произошла? Стоял, стоял, а потом рухнул, не предупредив. Я же чуть не обосрался от страха, - почти на одном дыхании проговорил Ричард, не особо подбирая слова, а больше изливая эмоции.
- Я в порядке, - ответил Тиль, искренне пораженный чуткостью мужчины. - Мама попала в больницу, а Ксандр... Ну, вы сами видели, чем он занимался. Я не мог туда войти, и сильно перенервничал, не зная, что мне делать и к кому обратиться за помощью. Но теперь уже всё хорошо. Простите, что побеспокоил вас.
- Я рад, что с тобой все хорошо, - искренне признался Ричард. - Ты не шути со своим здоровьем, Тиль. И этому засранцу скажи, чтобы следил за тобой. И вообще, какого черта ты не сказал ему, что тебе плохо? В конце концов, это его обязанность, удовлетворять и баловать тебя. А он ведет себя как кретин. Сколько раз мы ему говорили, чтобы он прекращал свои похождения по этим курицам, так нет же... В общем, если тебе что-то понадобится, то приезжай ко мне или к Оскару. А если Ксандр опять начнет чудить, то обязательно звони. И никаких стесняшек, понял меня?
- Спасибо, - выдохнул Тиль. - Я... правда, очень вам благодарен.
От слов Ричарда парню стало так легко, что он чуть не расплакался. Ему, вдруг, очень захотелось ближе пообщаться с друзьями Ксандра, и еще, он был бы счастлив, если бы они приняли его в свой тесный круг. У него ведь никого нет. А эти люди могли бы подружиться и с ним.
И потому он сказал с надеждой в голосе:
- Спасибо вам... тебе, спасибо. Я... позвоню ещё, можно?
- Ну, конечно, можно, - уверил Дик. – Звони, когда захочешь.
- Спасибо. - Обрадовался парень, вызвав у своего собеседника смущенный смешок.
Дик уверил, что будет ждать звонка, и, попрощавшись, отключился.
Тиль же, стиснув мобильный в кулаке, отвернулся от окна и вздрогнул, встретившись с чуть прищуренными глазами Ксандра, который сидел на диване и смотрел на него с выражением неудовольствия во взгляде.
- Я тебя разбудил? – спросил парень, мысленно схватившись за сердце. – Прости, я не хотел.
***
Ксандра разбудил приглушенный голос Тиля, который раздавался словно бы издалека. Сначала парень подумал, что мальчишка говорит во сне, но, протянув руку, чтобы обнять его, парень нащупал лишь пустую подушку рядом с собой.
Резко открыв глаза, Ксандр сел на кровати и, щурясь, заозирался по сторонам. В комнате было темно, но из щели в приоткрытой двери лился свет. Несколько мгновений было тихо, а потом из гостиной вновь раздался спокойный голос Тиля и его тихий смех.
«Какого черта?» - раздраженно подумал Ксандр, поднимаясь с кровати, и даже не представляя, кто это названивает Тилю в такой ранний час.
Опасаясь, что мальчишке позвонил кто-то из его одноклассников, парень вышел из комнаты и, хмурясь, уставился на Тиля, который, беседуя с кем-то по телефону, стоял у окна и любовно оглаживал пальцами широкий темно-бордовый лист одного из своих растений.
Впрочем, ни в голосе, ни в фигуре мальчишки Ксандр не почувствовал никакого напряжения, и это почему-то разозлило его.
«С кем это он так мило беседует? Кому это хочет звонить и почему спрашивает разрешения?» - проносилось в мыслях парня со скоростью ветра.
Ревность острыми шипами впивалась в сердце Ксандра и, наверное, только теперь он смог понять, что именно чувствовал Тиль, когда он возвращался домой после своих загулов.
И все же прерывать его беседу с кем-то неизвестным Ксандр не торопился. Вместо этого он тихо подошел к дивану и уселся на него, всем своим видом показывая неудовольствие от происходящего.
А когда мальчишка закончил разговор и, повернувшись, уставился на него, пролопотав какие-то извинения, спросил:
- С кем ты разговаривал?
- С Ричардом, - ответил парень. - Он звонил узнать, как я себя чувствую. Он ведь видел, как я упал, и переживает из-за этого.
- Переживает? – удивился Ксандр. - Сам довел, а теперь переживает? Что за бред?! Эта сволочь просто не умеет переживать, – безапелляционно заявил он.
Ксандр был невероятно зол на друга. Он-то думал, что Дик угомонился, но на деле оказалось, что лишь сильнее затаил обиду.
- Что он тебе наговорил? - Ксандр взял мальчишку за руку и привлек его к себе.
- Ксандр... - оказавшись в объятиях мужчины, Тиль, уперся ладонями в его грудь и немного отстранился. - Это не Ричард виноват. Это, ну... мне стало плохо до его прихода. Когда позвонил твой отец и сказал про маму, я звонил Оскару, но он, наверное, спал. А Ричард... я позвал его, и он приехал. Он и слова мне сказать не успел.
Парень не хотел вспоминать о том, что случилось прошлым вечером. Не хотел, чтобы Ксандр чувствовал свою вину. Но он должен был объяснить, что Дик тут ни при чём. Что Дик, по сути, оказался единственным, кто пришел на помощь, когда ему действительно было плохо.
- Ричард не виноват? – нахмурился Ксандр, глядя на потупившегося мальчишку. - Тогда почему?.. Почему ты не разбудил меня? Почему не сказал, что тебе плохо? Тиль, ты позвонил им, но не сказал мне. Я ведь был рядом.
- Как, по-твоему, я должен был это сделать, когда ты закрылся в спальне с той девушкой и сказал не беспокоить вас?
Тиль почувствовал, как в груди всё вновь болезненно сжалось, но не отстранился, а, наоборот, крепко обнял мужчину, пряча лицо на его плече.
- Да какая разница, что я там сказал, Тиль, - Ксандр крепко прижал мальчишку к себе. - Ты важнее всего. Пойми это. Я же думал, что это Дик виноват в том приступе. А оказалось, что я.
- И вовсе не ты, - поспешил уверить Тиль. Он обещал Ксандру, что забудет прошлое, и собирался сдержать слово. - Я испугался за маму. Причина была только в этом.
Как бы Тиль ни оправдывал его, Ксандр все равно чувствовал перед мальчишкой свою вину. А теперь еще и перед Диком стало совестно. Ведь оказалось, что друг наоборот пришел на помощь, но вместо благодарности наткнулся на обвинения и невероятную несправедливость.
- Я плохой друг, - вздохнул Ксандр, запуская пальцы в волосы Тиля, - Самый худший. Как вы все меня вообще терпите?
- Людям не чужды заблуждения, - ответил парень. - Главное, что ты осознал, в чем был не прав. Уверен, если ты извинишься перед Ричардом, он простит тебя.
Ксандр тихо рассмеялся, представив себе сцену извинений, а когда Тиль с недоумением посмотрел на него, пояснил:
- Это будет непросто. Уверен, мне придется пройти через семь кругов ада, чтобы загладить перед ним свою вину. Так что если увидишь меня разгуливающим в костюме сексуальной монашки по Ист-Сайду, не удивляйся. Впрочем, об этом подумаем потом.
Ксандр улыбнулся Тилю и коротко поцеловал его в губы.
- Когда ты хочешь поехать в больницу? - спросил он, участливо поглаживая мальчишку по щеке.
- Я хочу поехать как можно скорее, - ответил Тиль.
Он чувствовал перед мамой вину за то, что наслаждается обществом Ксандра, в то время как она, возможно, доживает свои последние дни. И потому хотел поехать к женщине прямо сейчас, чтобы не терять драгоценных мгновений, которые еще может провести с ней.
- Тогда иди в душ, а я приготовлю завтрак. - Кивнул Ксандр и вновь поцеловал мальчишку, когда тот недовольно скривился. - Не думаю, что твоя мама обрадуется, если узнает, что из-за беспокойства ты перестал есть.
Тилю ничего не оставалось, кроме как покориться. Он, конечно, не думал, что Ксандр станет беспокоить его маму таким пустяками, но все же решил не испытывать судьбу. И, высвободившись из объятий мужчины, направился в ванную комнату под одобрительную улыбку Ксандра.
***
Несмотря на противоположное мнение всех окружающих его людей, Ричард всегда считал себя человеком увлеченным и полностью отдающимся любимому занятию, каких в его арсенале было превеликое множество. Он очень любил спать, развлекаться, кутить, играть на нервах и, конечно же, ныть. К последнему увлечению парень и вовсе испытывал непреодолимую тягу, при каждой возможности принимаясь за это нелегкое, но полностью удовлетворяющее его действие.
Вот и теперь он сидел, забравшись в кресло с ногами, и монотонно жаловался Оскару на то, какой их друг Ксандр все-таки засранец, ушлепок и сволочь. Щедрые эпитеты сыпались с его губ, наполняя квартиру беспрестанным ворчанием, которое, впрочем, никак не отвлекало Оскара от работы, что только заводило Дика, заставляя его распаляться все сильнее.
Конечно, Ос не был полностью безучастным. Несколько раз он бесстрастно советовал Ричарду встретиться с другом и спокойно обсудить возникший конфликт, но Дик не шел на поводу у мудрых советов парня и предпочитал просто поносить Ксандра на чем свет стоит, не прибегая к непосредственному контакту с ним.
- Мало того, что он довел Тиля до приступа, так еще и меня во всем обвинил. Нет, ну не ушлепок, а? Я ведь помочь хотел. Всего лишь помочь! А он... он выгнал меня, как шелудивого пса, насравшего ему на кровать. Оскар! - прикрикнул Дик, когда понял, что погруженный в работу друг совсем его не слушает, а только болезненно морщится при звуках его голоса. - Теперь и ты меня игноришь?! Предатель!
- Я преумножаю твой капитал. Хватит возмущаться.
Оскар провел еще несколько сделок, пользуясь Интернетом, и, отложив в сторону ноутбук, резко подался вперед, хватая Ричарда за руки и усаживая его к себе на колени.
Парень тут же заупрямился, играя в обиженную на весь свет недотрогу, но Оскара его притворство только еще сильнее раззадорило.
- Не дергайся, - предупредил он, удерживая Ричарда на месте, - иначе я за себя не ручаюсь.
- Вот так всегда, - прошипел Ричард и попытался вырваться, но Оскар еще сильнее прижал его к себе. – Что, надоело меня слушать? Да ты такой же, как и Ксандр. Если что-то не нравится, то сразу во всем виноват я. Капитал он мой преумножает. Да ты просто пялишься в монитор и бездумно клацаешь мышкой. Я видел, как ты в пасьянс игрался еще несколько минут назад. Все в твоих очёчках отражалось.
- Я ждал подтверждения сделки, - не стал отрицать Оскар, коварно улыбнувшись, когда Дик ужом заерзал на его коленях, вызывая волны возбуждения и какого-то сумасшедшего восторга. - И я внимательно тебя слушал. Ты хочешь помириться с Ксандром, но уязвленная гордость не позволяет тебе сделать первый шаг. Или я не прав?
Ричард раздраженно прищурился и стремительно подался к Оскару, намереваясь укусить его за ухо, но парень ловко увернулся, скрутив руки Дика и заведя их ему за спину.
- Нужен он мне больно, чтобы мириться с ним, - фыркнул парень, не оставляя своих попыток выбраться из устроенной Осом западни. – Это ты у нас святое терпение, а я его прощать не собираюсь. Разве что он приползет ко мне на коленях, и со слезами на глазах будет молить о прощении.
- Сомневаюсь, что он пойдет на это, - проговорил Оскар, одной ладонью удерживая запястья Ричарда, а другой с удовольствием щупая его тощий, упругий зад, тем самым заставляя парня еще интенсивнее ёрзать у него на коленях. - Тиль для него теперь на первом месте. И, защищая мальчишку, он пойдет на любую глупость. Ты же знаешь, какой он упрямый. Злиться на него, все равно, что биться головой об стену. Если кому-то и навредишь, то только себе.
- Какой занимательный способ защиты - трахать пустоголовых красоток на глазах у любимого человека, - язвительно проговорил Ричард и таки дотянулся до уха Оскара, чтобы тут же безжалостно сомкнуть зубы на его мочке. – Если ты только попробуешь заглядываться на чьи-то задницы, когда мне будет грозить опасность, я тебе причиндалы с корнем вырву.
Оскар зашипел болезненно, глубоко в душе понимая, что досталось ему сейчас не просто так. Дик одним махом убил двух зайцев: выместил свой гнев на Ксандра и оставил на ухе Оскара пылающее предупреждение о том, что ему не стоит повторять чужих ошибок.
В ответ на это проявление агрессии, Ос резко поднялся, продолжая удерживать Ричарда на себе, и опрокинул его на диван так резво, что у парня на мгновение сбилось дыхание и закружилась голова.
Навалившись на Дика, Оскар прижал его руки к сиденью и в отместку укусил за губу, только сделал это совсем не болезненно, а даже чувственно, оттянув нежную плоть, после чего разомкнул зубы.
- Меня интересует только твой зад, - сказал он, пожирая Ричарда взглядом, - и сейчас он сполна расплатится за твой дерзкий язык.
- Это несправедливо! - притворно завопил Ричард. - Почему за голову всегда должна отвечать жопа?! Это не анатомично! А ну слезь с меня, защитник сирых и убогих Ксандров!
Дик попытался исторгнуть еще несколько ругательств, но Оскар ему не позволил, заглушив словоизлияние глубоким поцелуем, от которого у Ричарда вскоре не только закружилась голова, но и испарилось всякое желание думать о друге-засранце.
***
После завтрака Ксандр отвез Тиля в больницу и, пробыв там вместе с мальчишкой чуть больше часа, отправился к Ричарду. Однако парня дома не оказалось. Открывшая Ксандру экономка сказала, что молодой господин Шерман отправился к другу, но к какому именно не уточнил.
Учитывая, что друзей у Дика было не так уж и много, а точнее всего два, то догадаться, к кому он пошел, для Ксандра труда не составило. И потому он сразу отправился к Оскару.
По дороге Ксандр позвонил Тилю, чтобы предупредить, что, возможно, задержится. Но мальчишка не был против. Наоборот даже, просил Ксандра не торопиться, потому что хотел подольше побыть с мамой. И обещал, что совершенно не обидится, если парень заберет его вечером.
Конечно же, выпрашивать прощения у Ричарда до самого вечера Ксандр не собирался, но и торопиться в этом вопросе было бессмысленно.
Оставив машину в подземном гараже многоквартирного элитного дома, парень поднялся на нужный этаж и громко постучал в дверь друга.
Оскар открыл не сразу. Даже как-то слишком «не сразу». Ксандр протоптался у двери минут пять, прежде чем друг открыл дверь. И выглядел Ос, надо сказать, потрепанно, словно спал, а Ксандр его разбудил.
- Я не вовремя? – спросил парень, оглядывая друга с головы до ног. – Разбудил? Я пробовал дозвониться, но у тебя телефон разряжен или отключен.
- Всё нормально. Я не спал. Проходи.
Оскар отступил в сторону, пропуская друга в квартиру, и поинтересовался:
- С Тилем всё хорошо?
- Да, - кивнул Ксандр, переступая порог, - он сейчас в больнице со своей мамой. У госпожи Гаррэт был сердечный приступ. Из-за этого он распереживался и сам чуть не угодил в больницу.
- Ну да, ну да, только поэтому ему и стало плохо. А ты у нас совсем ни при чем, - раздался голос Ричарда, и Ксандр резко обернулся.
Дик стоял у двери в душевую в одних джинсах. Капли воды срывались с его мокрых, накрытых полотенцем волос и извилистыми змейками стекали по обнаженному торсу. Скулы парня после душа алели румянцем, и в этот момент его можно было бы назвать «милашкой», если бы не гаденькая ухмылочка, намертво приклеившаяся к его губам.
- Чего приперся? – злобно спросил Дик, словно Ксандр заявился не к Оскару, а к нему домой. – Жаловаться Осу на то, какой я гад? Так он и без тебя это прекрасно знает.
Ричард царственно прошествовав к креслу и не менее царственно опустился в него, закидывая ногу на ногу.
- Или, наконец, осознал свою ошибку и решил пасть предо мной ниц, вымаливая прощение?
- Не утрируй, - отмахнулся Ксандр. – Я, конечно, был не прав, но не до такой степени.
- Смотрите-ка! - сказал Дик и склонил голову к плечу. – Он был не прав. Да ты вел себя как мразь.
- Может, обойдемся без оскорблений? – стараясь говорить миролюбиво, предложил Ксандр.
Но Ричард на его слова лишь презрительно фыркнул.
- Значит, как меня поносить, так можно, а как мне правду сказать, то нельзя? Как же вовремя ты вспомнил о культуре общения. Посмотрите на него, сама воспитанность! – стаскивая с головы полотенце, съязвил Дик и манерно отшвырнул банный атрибут на пол, выказывая этим действием все свое неудовольствие.
- Дик, какого чёрта ты раскидываешься моими вещами? – спросил Оскар в ответ на этот пафосный жест. – Здесь тебе не ночлежка и не отель. Так что будь добр вести себя прилично.
- И снова все шишки валятся на меня. – Надменно поджал губы Дик, метнув на Оскара раздраженный взгляд. – Этот, значит, извиниться не хочет, а виноват я?
- А полотенце тут при чем? Оно тоже тебя оскорбило? – спросил Ос с издевкой. – Подними немедленно!
- Я вообще-то занят, если ты не заметил, - складывая руки на груди, протяжно проговорил Дик и перевел на Ксандра раздраженный взгляд. – Я жду извинений. Так что мне некогда уборку делать. И вообще, я не прислуга, а...
Парень запнулся, не зная как правильно назвать себя в присутствии Ксандра. Они с Оскаром не афишировали свои отношения даже перед другом, а он чуть не проболтался об их маленьком секрете.
Ос приподнял бровь, ожидая продолжения, но Дик предпочел хранить молчание, явно не желая делиться с «подлым предателем» обстоятельствами своей личной жизни.
- Ксандр, не слушай ты его, - обратился Оскар к другу. - Хватит стоять столбом. Садись.
Он наклонился, поднял полотенце и, несильно ударив им Ричарда по обнаженным плечам, отнес его в ванную комнату.
Ксандр благодарно кивнул Оскару и сел на диван напротив Дика.
- Что ж, слушаю тебя, пёс недостойный. – Ричард высокомерно посмотрел на друга.
Он уже давно не злился и даже не обижался на Ксандра, но все же хотел его проучить, чтобы в будущем неповадно было обижать друзей, не разобравшись в ситуации.
- Давай, рассказывай, как сильно ты сожалеешь о своем недостойном поведении и как сильно хочешь получить мое прощение. И смотри, твоя речь должна быть искренней и пламенной, чтобы я в нее поверил. Я даже не буду против, если ты возрыдаешь ничтожно.
- Ты перегибаешь, Дик, – спокойно отозвался Ксандр, не обращая внимания на надменный тон друга. - Я, конечно, виноват перед тобой, но не до возрыданий.
- Это я перегибаю?! - всплеснул руками Ричард. - А ты, значит, не перегибал, когда выгонял меня из своего дома, обвиняя черт знает в чем. Ну конечно, на Ричарда можно покричать, Ричарда можно пообвинять! А ты у нас такой беленький, пушистенький, ну прямо как кролик! Вот только шубка твоя не такая уж и белоснежная. Проплешины то тут, то там мелькают. Да и приступ мальчишки на твоей совести. Так что простых «прости-извини» мне будет недостаточно.
- Дик, прекрати, - попросил Оскар устало, и присел на подлокотник его кресла. – Людям свойственно ошибаться. Кому, как ни тебе, знать об этом?
Ричард фыркнул, продолжая смотреть на Ксандра уничижительным взглядом, явно не желая сдаваться так легко. Оскар же накрыл ладонью плечо парня и стал успокаивающе поглаживать пальцами его шею. Очень осторожно, чтобы не привлекать к этой нехитрой ласке внимания Ксандра, который, если и догадывался об их с Диком отношениях, то никогда ни словом, ни действием не выдал своей осведомленности.
- Я был не прав, - признал свою вину Ксандр. - Но после прошлого раза... что мне еще оставалось думать? Прости, Дик, я спихнул на тебя свою вину и сожалею об этом. Однако не только я стал причиной этого приступа.
Ксандр сильно сжал кулаки, вспоминая ссадины и раны на теле мальчишки.
- Этот колледж... этот чертов колледж, - чуть ли не прорычал он, но тут же постарался успокоиться и перевести тему, чтобы не вызвать в самом себе вспышку ярости. - И эти ублюдки, ученики...
Ксандр как-то уж слишком порывисто поднялся и подошел к окну, отвернувшись от друзей, чтобы те не заметили, как сильно он нервничает.
- Одноклассники Тиля оказались гребаными садистами. На его теле места живого нет. На груди и животе ожоги от сигарет, синяки и порезы. Учителя ничего не замечают. Не хотят замечать. А Тиль не жалуется. Откуда мне было знать, что там такие твари учатся?! Он же никого не трогал. Спокойный, покладистый...
Ксандр замолчал и теперь просто стоял, невидящим взглядом пялясь в окно и сильно сжимая пальцами подоконник.
Ричард, нахмурившись, посмотрел на Оскара и спросил:
- Мы можем что-то с этим сделать? Подать в суд? Привлечь полицию? Их надо наказать, Ос. Этого нельзя так оставлять.
- Мы можем попробовать, - ответил парень задумчиво. - Нужно убедить Тиля написать заявление в полицию. Ксандр, как думаешь, он согласится обличить своих обидчиков?
Парень, который все так же отстраненно смотрел на городской пейзаж за окном, нервно передернул плечами.
- Не знаю. Я не спрашивал его об этом.
- А если он не согласится? - поинтересовался Дик. - Что будем делать?
- Поговорим с директором, - ответил Оскар. - Возможно, он сможет посодействовать восстановлению справедливости.
- А если не сможет? - не унимался Ричард.
- Тогда будем думать, что делать дальше. Сейчас нужно забрать документы Тиля из этого колледжа, и найти ему более подходящее учебное заведение. А еще уговорить его обратиться в полицию. Ксандр, ты должен постараться уговорить его.
- Я постараюсь, - кивнул Ксандр и повернулся к друзьям. - Но сейчас все мысли Тиля заняты матерью. Она в больнице, и состояние ее оставляет желать лучшего.
- И все равно ты должен настоять, - не унимался Ричард. - Расспроси его обо всем. Спроси, кто участвовал в издевательствах. Из кучи гнид всегда найдется та, что потрусливее, и которая с радостью сдаст всех, лишь бы остаться с чистой мордочкой. Главное, чтобы у родителей этих уродцев не было и шанса откупить своих выкормышей.
- Чтобы этого избежать, нам потребуются железные доказательства, - проговорил Оскар. - Возможно, в колледже есть камеры наблюдения, на которых могло что-то засветиться.
- Уверен, в телефоне какой-нибудь мелкой мрази хранится видео с издевательствами, - изрек Дик мудрую мысль. – В наши дни ни один аспект социальной жизни этих никчёмышей не обходится без этого.
Оскар призадумался.
- Эту информацию не так-то и просто будет добыть, - проговорил он.
- Тиль признался, что всему виной была какая-то девчонка, - подал голос Ксандр и повернулся к друзьям. - Я несколько раз видел издалека, как она разговаривает с Тилем, но и предположить не мог, что крылось за каждой ее фальшивой улыбкой. Тиль сказал, что это она всех подстрекала.
- Могу поспорить, что эта мелкая стерва хранит у себя в телефоне доказательства издевательств над Тилем. - Ричард расплылся в улыбке, довольный своей догадкой. - Так что если с полицией и директором ничего не выгорит, можем попробовать получить всю необходимую информацию прямиком из первоисточника.
- И как же мы это сделаем? - спросил Оскар.
На что Дик лишь загадочно улыбнулся, и предложил положиться на него в этом щепетильном вопросе.
Ксандр, выслушав советы друзей, немного успокоился и, заручившись их поддержкой, поехал в больницу к Тилю. И как только он вышел за порог, Оскар вернулся в гостиную и уставился на Ричарда тяжелым взглядом.
- Только не говори, что собираешься приударить за этой вертихвосткой, - колко поинтересовался он.
- А что, ты уже ревнуешь? - спросил Дик, гаденько ухмыляясь. - В любом случае, кому-то из нас придется познакомиться с этой, как ты выразился, вертихвосткой, и попытаться разузнать, есть ли у нее доказательства. Ксандра она видела, от тебя даже у меня мороз по коже, так что она, скорее, примет тебя за маньяка. Поэтому остаюсь только я.
- А ты и рад поставить очередную галочку в списке своих побед, - бесстрастно отозвался парень. - Впрочем, идея не так уж и плоха. Думаю, не стоит ею пренебрегать.
Оскар говорил все это с непроницаемым лицом, но в его душе бушевала самая настоящая буря.
Несмотря на то, что Ричард запрещал ему афишировать их отношения, заявляя, что пока еще не готов расстаться со своей свободной, фривольной жизнью, Оскара до ужаса бесил тот факт, что парень собирается флиртовать с какой-то девчонкой, пусть даже и ради благого дела.
Но он скорее умер бы, чем позволил Ричарду узнать об этих чувствах. И потому продолжил как ни в чем не бывало:
- Итак, с Ксандром вопрос решен. Что думаешь делать дальше?
- Я что, похож на великого планировщика? - скривился Дик. – Планы, это по твоей части. Но для начала, думаю, было бы неплохо потребовать у директора записи с камер видеонаблюдения. Ну и разузнать у самого Тиля, что, как и где происходило. А, самое главное, кто был основным зачинщиком. Мы же не хотим, чтобы пострадали невиновные.
- Нет. - Покачал головой Ос. - Это было бы досадно. Но я спрашивал о другом. Какие планы на сегодня? Мне еще нужно немного поработать, но вечером, думаю, мы могли бы куда-нибудь сходить.
- Не хочу никуда ходить, - капризно отозвался Дик и потянулся за пледом. - Работай уже свою работу поскорее, и давай просто посмотрим какой-нибудь фильм.
Оскару нечего было на это возразить. Но предложение Ричарда немало удивило его.
В последнее время этот взбалмошный, неугомонный человек стал вести себя совсем иначе. Он перестал интересоваться развлечениями и вечеринками, и все чаще выбирал праздное лежание на диване в компании Оскара, даже когда тот целый день проводил за ноутбуком.
- Ты, случаем, не заболел? - поинтересовался Ос. - Сам на себя не похож. Неужели настолько сильно прикипел ко мне?
Он улыбнулся, но во взгляде притаилась настороженность. С Ричардом всегда нужно было быть начеку, потому что он мог сказать и сделать, что угодно, и часто его слова расходились с действиями, из-за чего обычный разговор мог вылиться в грандиозную трагикомичную сцену.
- Будешь много говорить, разобью твои очки, - вмиг начал ершиться Ричард.
Признаваться в очевидном он не собирался. А все эти романтические слюняво-сопливые фразочки вызывали в нем стойкое чувство отвращения и тошноту. В конце концов, Оскар ведь не был нежной прелестницей, чтобы растекаться перед ним медовой патокой. Да и сама мысль о том, что они с ним начнут сюсюкаться, вызывала у Ричарда нервную дрожь.
- Работай, давай. Я до послезавтра ждать не буду.
- А знаешь, я передумал, - сказал Оскар, не в силах устоять перед смущением, которое легкой краской проступило на скулах Ричарда.
И когда парень в ответ на его слова подозрительно сощурился, только усмехнулся и прилег на диван, потеснив Дика к краю, чтобы тут же заключить его в объятия.
- Давай смотреть фильм, - предложил Оскар, тесно прижимаясь к парню со спины и невесомо целуя его в затылок.
Ричард был прав. Не стоило пренебрегать взаимоотношениями с дорогим человеком в угоду карьере. Ведь, в конце концов, деньги и способы их заработать всегда были и всегда будут, а вот близкие люди могли и исчезнуть. Причем исчезнуть безвозвратно и навсегда, и никакие деньги не помогут их вернуть.
Поэтому, по мнению Оскара, приоритеты были очевидны. И потому он отринул все мысли о напрасно потраченном на просмотр фильма времени, потому что счастливая улыбка на лице любимого человека стоила того, чтобы пожертвовать ради нее не только временем, но и самой жизнью.
***
Перед тем как поехать за Тилем в больницу, Ксандр посетил колледж и забрал оттуда документы мальчишки. Директор был немало удивлен подобным решением парня, но особо не препятствовал, что натолкнуло Ксандра на мысль, что старый урод прекрасно знает о том, что творится в стенах его учебного заведения. Подобные выводы сильно разозлили парня, но, следуя совету Оскара, он не стал устраивать скандал, понадеявшись на то, что Тиль все же согласится подать иск на дегенератов из колледжа.
После этого неприятного визита, Ксандр позвонил Тилю, но мальчишка не ответил на его звонок, чем заставил парня сильно волноваться и гнать машину по оживленным улицам города. Впрочем, спешка и паника оказались беспочвенными. И с Тилем, и с самой госпожой Гаррэт все было отлично. А на вопрос, почему Тиль не поднимал трубку, мальчишка смущенно ответил, что отключил звук, чтобы не мешать маме спать.
- Это было совершенно без надобности, - пожурила сына женщина и обратилась к Ксандру: - Простите, из-за меня Тиль доставил вам неудобства.
- Что вы, госпожа Гаррэт, - мягко улыбнулся Ксандр, приближаясь к мальчишке и ободряюще сжимая его плечо ладонью, - никаких неудобств.
- Но вы выглядите таким бледным, - сказала госпожа Гаррэт. - Видно, что вы плохо спали этой ночью. Тиль, почему ты не заботишься о молодом господине, как я тебя учила?
- Мама, я забочусь, - отозвался парень, стараясь, чтобы его голос звучал не очень возмущенно. - Просто... мы очень переживали за тебя.
Врать маме было очень стыдно, тем более что они с Ксандром далеко не все время думали о женщине, и парень слегка покраснел, вновь почувствовав укол совести.
Однако мама, похоже, не заметила этого и сказала, обращаясь к Тилю:
- Сходи к автомату и принеси молодому господину кофе.
Парень охотно кивнул и вышел из палаты. И как только за ним закрылась дверь, лицо госпожи Гаррэт исказилось от боли и даже потемнело.
- У нас мало времени, молодой господин, - сказала женщина, с трудом сдерживая стон. - Ваш отец наверняка рассказал вам, что мне осталось жить всего несколько дней.
- Он сказал, что доктора не могут дать точных прогнозов, - ответил Ксандр мрачно.
- Это так, но все равно, ничего обнадеживающего они так же сказать не могут, - возразила госпожа Гаррэт. - И потому у меня есть к вам одна просьба. Не позволяйте Тилю проводить со мной так много времени. У меня в любой момент могут начаться спазмы и судороги, и я не хочу, чтобы мой сын видел меня в таком состоянии. Мне жаль, что придется оставить его. Мое сердце разрывается от боли при одной мысли об этом. Но я желаю Тилю счастья. Я прошу вас, молодой господин, отвлеките его как-нибудь. Придумайте способ не пускать его в больницу.
- Это не так-то и просто сделать, - несколько растерянно проговорил Ксандр. - Он очень любит вас, и просто не сможет сидеть дома, пока вы в больнице.
- Прошу вас, молодой господин, - вновь заговорила женщина. - Увезите его куда-нибудь. Мое состояние причиняет ему боль. Я не хочу, чтобы он постоянно думал о смерти и ее неизбежности. Тиль еще так молод. Он еще совсем ребенок, а я отнимаю у него юность. Мне невыносима сама мысль об этом.
- Думаете, он послушает меня? - с сомнением спросил Ксандр.
Он и сам был бы рад забрать мальчишку подальше от Нью-Йорка. Да только Тиль вряд ли согласится на путешествие, в то время как его мать находится в больнице, да еще и в тяжелом состоянии.
- Я постараюсь его убедить, - сказала госпожа Гаррэт и тут же натянула на свое лицо доброжелательную улыбку, потому что дверь приоткрылась, и в палату вошел Тиль с большим стаканом кофе в руках.
- Прости, там была очередь, - проговорил Тиль, передавая кофе мужчине.
- Все в порядке, - улыбнулся Ксандр и перевел обеспокоенный взгляд на женщину.
Но та лежала с таким видом, словно только что не морщилась от мучительной боли, и ласково улыбаясь сыну.
- Тиль, - сказала госпожа Гаррэт. - Молодой господин только что сообщил мне замечательную новость. Он хочет отправить тебя в путешествие. Как ты на это смотришь?
- Что?! - возмутился подросток, поворачиваясь к Ксандру. - Снова в путешествие? Я не поеду! Почему ты снова хочешь отослать меня?
- Почему сразу отослать? - удивленно спросил Ксандр. - Мы вместе поедем. Я подумал, что путешествие по тропическим лесам Бразилии придется тебе по душе.
- Вместе? - растерялся Тиль, хотя у него на душе тут же потеплело, а потом, вдруг, спохватился: - Но как же мама? Я не могу ее оставить в таком состоянии! И колледж.
- В этот колледж ты больше не вернешься, - безапелляционно заявил Ксандр. - У них паршивая программа обучения, которая меня совершенно не устраивает.
- А мама?
- Тиль, - позвала его женщина. - Подойди ко мне, пожалуйста.
Парень не стал спорить и тут же приблизился к кровати, с нежностью глядя на маму, которая, признаться, выглядела намного лучше, чем вчера.
- Сынок, ты должен поехать с молодым господином, - сказала она. - Если ты будешь счастлив, я быстрее пойду на поправку. Обещаю, что когда ты вернешься, я буду ждать тебя.
- Мамочка, я... - Тиль вцепился пальцами в больничную рубашку женщины, понимая, что сойдет с ума от беспокойства в этой поездке.
- Я буду звонить тебе три раза в день, - пообещала мама.
- Но...
- Пять раз в день.
- Мама...
- Каждый час, даже ночью, - перебила женщина. – Сынок, я настаиваю. Ты обещал слушаться, помнишь?
Тиль расплылся в грустной улыбке и чуть не расплакался, чувствуя щемящую тоску в сердце. Он не хотел никуда уезжать, но разве он мог отказаться, когда мама просила его таким тоном?
В этот момент она была так похожа на себя в прежние годы, когда её здоровье еще не подкосилось, что Тиль невольно задрожал и закусил губу. Это всё ещё была его мама. Всё та же. Такая же, как и всегда, несмотря на горести, которые выпали на её долю.
- Я поеду, - выдавил он едва слышно. – Если ты хочешь, я это сделаю.
- Умница, а теперь пообещай развлечься, как следует, и прислать мне десять тысяч фотографий со своего путешествия, где ты полон энергии и задора, - попросила женщина. - Я никогда не выезжала из этого города даже на природу. Покажи мне этот мир таким, каким его увидишь. Я хочу хоть раз взглянуть на эту красоту.
- Хорошо. - Тиль тяжело вздохнул и, склонившись к женщине, крепко обнял ее. - Только ты дождись меня и звони каждый час. Ты обещала.
- Договорились, - сказала женщина, так же с трудом сдерживая слезы.
Вдруг её лицо исказилось от боли. Губы затряслись, но она смогла взять себя в руки, хотя в её взгляде, обращенном на Ксандра, промелькнула мольба. Госпожа Гаррэт указала глазами на прижимающегося к ней Тиля, а потом на дверь, давая Ксандру понять, что он должен как можно скорее увести отсюда парня.
Ксандр кивнул, и когда Тиль немного отстранился от женщины, осторожно взял его за локоть.
- Думаю, нам уже пора, Тиль, - мягко обратился он к мальчишке, чтобы ненароком не выдать состояние госпожи Гаррэт своей настойчивостью. - Ты и так пробыл тут целый день. Тебе надо отдохнуть, как и твоей маме.
- Но... - возразил, было, парень, однако женщина перебила его:
- Тиль, я в порядке. А вот ты выглядишь болезненно. Неужели ты тоже хочешь оказаться в больнице?
- Нет, - покачал головой парень.
- Тогда иди с молодым господином. Отдохни. Выспись. А потом позвони мне, хорошо?
- Ладно, - нехотя согласился Тиль. - Только береги себя.
- Я поужинаю и буду отдыхать, - пообещала женщина и подтащила к себе стоящую у койки тележку с едой, после чего взяла в руки ложку, как бы в доказательство того, что действительно собирается есть.
Тиля это немного успокоило и он, попрощавшись с женщиной, наконец-то вышел из её палаты.
Перед тем как выйти в коридор, Ксандр еще раз оглянулся на женщину. Госпожа Гаррэт вымученно улыбнулась ему и махнула рукой в знак прощания. Ксандр склонил голову в вежливом поклоне и удалился.
Закрывая за собой дверь, парень услышал тяжелый и невероятно болезненный стон, сорвавшийся с губ женщины, и звук ударившейся о кафельную плитку пола ложки. Тиль был уже на довольно большем расстоянии и не слышал всего этого, за что Ксандр искренне поблагодарил всех известных ему богов.
Прежде чем догнать Тиля, Ксандр поймал за руку пробегающую мимо медсестру и сказал ей о плохом самочувствии госпожи Гаррэт. Девушка тут же поспешила в палату, а сам Ксандр направился к мальчишке.
***
Все опасения Ксандра насчет упрямства и отнекивания Тиля от поездки оказались напрасны. По большей части, благодарить за это надо было восхитительных специалистов по онкологии, благодаря которым госпожа Гаррэт стала чувствовать себя значительно лучше уже через неделю. Боли, конечно же, никуда не делись, но все же стали тише и терпимее, как говорила сама женщина. Тиль так же начал приходить в себя, и, чем лучше становилось матери, тем увереннее мальчишка себя чувствовал.
Так же у них с Ксандром состоялся разговор насчет обидчиков мальчишки. Но на все предложения Ксандра Тиль отвечал отказом. Он больше не хотел связываться с этими людьми, даже чтобы наказать их, объясняя это тем, что сейчас слишком счастлив для того, чтобы ворошить прошлое.
Поэтому, поручив решение этого вопроса Оскару, а так же попросив друга присмотреть за мини-оранжереей, Ксандр начал готовиться к отъезду.
В день вылета они вместе с Тилем пришли в больницу к госпоже Гаррэт и составили список стран, городов и мест, где женщина мечтала побывать, но так и не смогла. Госпожа Гаррэт еще раз напомнила сыну, что хочет получить не меньше десяти тысяч фотографий, где Тиль улыбается и счастлив. И пригрозила, что если хоть на одной из них она увидит фальшь, а она ее увидит, как бы Тиль ни старался скрыть грусти, то заставит его вернуться на место, где была сделана фотография, и сделать новый снимок. И так до тех пор, пока каждое фото не будет пропитано счастьем и радостью.
Тиль чуть ли не торжественно поклялся выполнить все пожелания матери и пообещал привезти из каждой страны по сувениру. Госпожа Гаррэт только улыбнулась на это и, благословив сына в дорогу, поцеловала отпрыска в лоб.
В этот же вечер Ксандр с Тилем вылетели из Штатов в Бразилию. И хоть настроение мальчишки было вполне себе солнечным, Ксандр все же замечал в его глазах грусть и всеми силами старался отвлечь подростка от тяжелых мыслей, искренне надеясь на то, что их отпуск не будет омрачен неожиданной смертью женщины.
2
***
«Уважаемые пассажиры!
Мы приземлились в международном аэропорту имени Джона Кеннеди города Нью-Йорк.
За бортом двадцать девять градусов тепла по Цельсию. Благодарим вас, что воспользовались услугами "British Airways".
Счастливого вам отдыха и работы, будем рады видеть вас вновь!»
Миловидная стюардесса закончила свою речь и, отключив микрофон, скрылась за шторками подсобного помещения.
Ксандр расстегнул ремни безопасности и ободряюще улыбнулся немного взволнованному Тилю.
Месяц, проведенный в путешествии по Южной Америке и Европе, не прошел для них даром. Тиль посвежел, загорел и в целом выглядел довольно бодро и здорово. Положительные эмоции и новые яркие впечатления, несомненно, пошли мальчишке на пользу, чему Ксандр от всей души радовался.
Перечень городов, который написала госпожа Гаррэт, не был слишком большим. Всего-то Милан, Париж, Венеция, Амстердам и Рио. Поэтому Ксандр уже от себя добавил в этот список посещение Кубы, Испании, Швейцарии, Норвегии, Ирландии и Англии.
Он неоднократно бывал во всех этих странах и потому для него они не представляли ничего нового и необычного. А вот Тиль светился от восторга и с неподдельным интересом проникал в культуру каждой посещаемой ими страны и старался запомнить обычаи и нравы народов мира.
Теперь же, когда они вернулись, Тиль хотел как можно скорее увидеться с мамой и рассказать ей о проделанном путешествии. Благо, впечатлений у него накопилось не на один рассказ. И все же от Ксандра не укрылась перемена в его настроении. Стоило самолету приземлиться, как к мальчишке вернулась небольшая нервозность. Впрочем, Ксандр понимал, что это было связано лишь с беспокойством о здоровье самого близкого в мире человека. Ведь, как ни отвлекайся, нависшая над жизнью матери угроза все равно не покинет сердце, и будет безжалостно точить душу переживаниями и ночными кошмарами, которых, к слову, во время путешествия было немало. И, хоть госпожа Гаррэт, как и обещала, звонила сыну по несколько раз на день и говорила, что чувствует себя просто превосходно, легче от этого Тилю не становилось.
Сам Ксандр между тем так же периодически связывался с лечащим врачом женщины и интересовался положением дел. Доктор уверял, что все в порядке, но предупреждал, что данное улучшение здоровья всего лишь ремиссия, и в любой момент может произойти рецидив болезни. Хорошего в этих новостях было мало, но парень не понаслышке знал, что иногда ремиссии могут затянуться на довольно продолжительное время. К примеру, как у его матери, когда состояние ее здоровья улучшилось, и было замечательным почти полтора года, а потом...
Впрочем, думать о плохом парню не хотелось, и потому он поспешил прогнать дурные мысли и, подмигнув мальчишке, направился к выходу из самолета.
Забрав свой багаж с транспортерной ленты, они вышли из аэропорта и поймали такси. Ксандр предлагал Тилю для начала заехать домой, но мальчишка отказался, изъявив желание незамедлительно поехать в больницу. И, глядя в его большие, полные скрытой тревоги глаза, Ксандр не смог ему отказать.
- Все будет хорошо, вот увидишь, - в который раз пообещал он Тилю и, назвав водителю адрес клиники, крепко сжал ладонь мальчишки в своей руке.
Тиль благодарно улыбнулся и, привалившись к плечу мужчины, сделал глубокий вдох.
Месяц пролетел для него как один день. Невероятно яркий, полный впечатлений день, который навсегда останется в памяти светлым проблеском надежды в океане страха и отчаяния.
Если бы мама была здорова, Тиль бы и не думал о плохом. Дышал бы полной грудью, жил бы нормальной жизнью, и ничто не омрачило бы его счастья. Но... парня одолевал страх.
Он очень хотел увидеть маму, но одновременно желал забиться в какой-нибудь темный угол и не вылезать оттуда, чтобы спрятаться от того, что могло ждать его в стенах больницы.
В палату стационара Тиль шел на ватных ногах. Боялся сделать лишний вдох. Думал только о том, как вести себя с мамой, если ей стало хуже. А возле самой двери парень замер и, взявшись за ручку, долго стоял, не решаясь открыть.
Ксандр стоял рядом с ним и ничего не предпринимал, давая ему время успокоиться.
- С твоей мамой все хорошо, Тиль, - сказал мужчина, мягко поглаживая парня по плечу. - Смелее. Уверен, она очень обрадуется, когда увидит тебя.
- Я не боюсь, - соврал Тиль. – Просто, не хочу видеть ее такой. Хочу, чтобы все стало так, как прежде.
- Все обязательно наладится, - повторил Ксандр уже привычную ложь. – Давай же, идем. Я буду рядом, что бы ни случилось.
Тиль кивнул и, собравшись с духом, наконец-то толкнул дверь.
Мама сидела возле окна и читала книгу. Наверняка один из тех глупых женских романов, которые она так любила. И действительно выглядела так, словно шла на поправку. Здоровый цвет лица, и руки больше не дрожат...
Тиль почувствовал, как по его телу прокатывается волна облегчения, и улыбнулся.
- Мама, мы вернулись! - радостно возвестил он и бросился к женщине с объятиями. - Это было восхитительно. Ты и представить себе не можешь. Я так много всего узнал. Так много всего увидел. И фотографий много привез. Их так много, что ты их за сто лет не пересмотришь.
- Тиль, сынок... - женщина прижала парня к себе и поцеловала его в щеку. - Я так рада, что ты счастлив. Я так рада, что тебе было весело в путешествии.
Она просияла улыбкой и, взглянув на Ксандра, сказала:
- Молодой господин, спасибо вам огромное! Вы так много делаете для моего мальчика, что у меня не хватит слов, чтобы выразить вам мою признательность.
- Что вы, госпожа Гаррэт, не стоит благодарить, - улыбаясь, проговорил Ксандр. – Мне было только в радость. К тому же Тиль оказался замечательным компаньоном. И это исключительно ваша заслуга. Вы воспитали прекрасного сына, с которым, я уверен, вам есть о чем поговорить после долгой разлуки. Поэтому, не буду вам мешать. Рад, что вам лучше и вы в прекрасном расположении духа.
- Может, останешься с нами? – спросил Тиль с надеждой в голосе.
Целый месяц они с Ксандром не расставались ни на мгновение, и парень пока ещё не был готов даже к временной разлуке.
Он очень жалел, что не может рассказать маме обо всем, что происходит между ним и мужчиной, потому что не знал, как она к этому отнесется. Но, всё же хотел, чтобы мама поняла, как Ксандр важен для него.
- Я хотел бы сделать несколько звонков, если ты не против, - ответил Ксандр. – К тому же вам с мамой, возможно, захочется пообщаться без посторонних.
- Но ты не посторонний, - проговорил Тиль растерянно. – Не говори так.
- Сынок, у молодого господина за время путешествия накопилось много дел, - проговорила госпожа Гаррэт, привлекая внимание парня. – Не капризничай. Лучше покажи мне фотографии, я жду не дождусь, когда смогу увидеть их.
- Я буду в коридоре, - сказал Ксандр. – Мне нужно обсудить с Оскаром одну сделку. Это может занять некоторое время. Не обижайся.
- Я и не собирался, - не очень-то уверенно отозвался Тиль, но мама снова его отвлекла, обратившись к Ксандру:
- К слову, о господине Лэмбе и господине Шермане. Они навещали меня по несколько раз в неделю. У вас замечательные друзья, молодой господин. Очень вежливые и заботливые юноши. Особенно господин Шерман. Он привез мне много книг, чтобы я не скучала. И даже добыл для меня автограф моего любимого автора, когда узнал, что я не смогу сама пойти на встречу с ним из-за состояния здоровья.
Тиль так и застыл с приоткрытым ртом, пораженный до глубины души. А женщина, тем временем, продолжила:
- Передайте вашим друзьям мою признательность, молодой господин. Я тронута оказанным мне вниманием.
- Обязательно передам им ваши слова, – заверил женщину Ксандр.
На самом деле он и предположить не мог, что Оскар с Ричардом будут навещать мать Тиля. И ладно Оскар, но Дик. Этот жук всегда ныл о том, что нет ничего хуже больниц и тем более посещений кого-то в больницах, а тут сам прискакал. Да еще и расстарался от всей души.
Улыбнувшись этой мысли, Ксандр попрощался с госпожой Гаррэт и, заверив Тиля, что будет ждать его в коридоре, вышел из палаты.
Присев на небольшой диванчик у окна, он несколько минут смотрел на залитый солнцем больничный двор, потом достал телефон и набрал номер Оскара.
***
- Мама... - тихо проговорил Тиль, когда за Ксандром закрылась дверь. - Дик и Оскар, правда, были здесь? Они, правда, приходили к тебе?
Женщина кивнула и Тиль, присев на пол у ее ног, положил голову ей на колени.
- Мамочка, мне так повезло, - еще тише, почти прошептал парень, прикрыв глаза и купаясь в странном умиротворении.
Пальцы женщины мягко перебирали его волосы, и он полностью отдался этой невероятно приятной ласке. Просто сидел с закрытыми глазами и наслаждался, ни о чем не думая. Только слушая... слушая отчаянное и такое сильное биение собственного сердца.
Спустя некоторое время он начал рассказывать маме о путешествии по двум континентам. И как ему страшно было лететь в самолете. И как Ксандр ни на секунду не оставлял его одного. И заботился так... так... ну, почти, как она.
- Он такой... мамочка, я тебе передать не могу, какой он хороший. Спасибо тебе, что познакомила нас.
Тиль поцеловал руку женщины и посмотрел на нее сияющими глазами.
- Я очень рада, что молодой господин заставляет тебя светиться от счастья, Тиль, - проговорила мама. – Теперь у меня на сердце будет спокойно. Ты только не надоедай ему особо. Помни, что у состоятельных людей много забот.
- Я помню, - отозвался Тиль. – Я буду следовать твоим советам, не волнуйся.
Он поднялся и достал из рюкзака планшет. Настроил опцию просмотра фотографий и начал листать их, рассказывая маме о каждом месте, где побывал.
На пятом десятке женщина почувствовала усталость и сказала сыну, что хочет прилечь. Тиль помог ей дойти до кровати, бережно укрыл легким покрывалом и просто молча сидел рядом, пока мама не задремала.
А потом шепотом пообещал, что завтра обязательно снова навестит ее, и вышел к Ксандру.
Наверное, перелет сильно утомил мужчину. Он сидел с закрытыми глазами, откинув голову на спинку дивана и, кажется, тоже дремал.
- Поехали домой, - проговорил парень, присаживаясь рядом с Ксандром, и убрал чуть вьющуюся прядку темных волос ему за ухо.
От легкого, почти невесомого прикосновения нежных пальцев по телу Ксандра пробежала приятная дрожь.
Забавно, они целый месяц были вместе, и за это время должны были бы уже привыкнуть друг к другу, но каждое прикосновение Тиля неизменно отзывалось в теле Ксандра сладостной истомой.
Парень приподнял веки и улыбнулся, глядя в сияющие радостью глаза Тиля.
Этот мальчишка сводил его с ума. Добрый, ласковый, очень откровенный и искренний, он незаметно перевернул мир Ксандра с ног на голову, окрасив его в невероятно красочные тона. По сравнению с тем, что парень чувствовал сейчас, все его прошлые увлечения казались теперь смазанными набросками, не оставившими после себя даже тени в его памяти. И держать эти чувства в себе было настоящим мучением.
- Я люблю тебя, Тиль, - негромко проговорил Ксандр и, перехватив руку мальчишки за запястье, поцеловал его открытую ладонь. – Может, мне попросить твоей руки у госпожи Гаррэт? Как думаешь, она не будет против?
- Не шути так, - попросил Тиль, хотя его сердце чуть не выскочило из груди, окрыленное глупым и совсем необоснованным счастьем. - Я ведь могу и принять предложение. Как тогда будешь выкручиваться?
- Никак, - улыбнулся Ксандр, крепче сжимая руку мальчишки и привлекая его к себе, чтобы заключить в объятия. - Потому что не хочу выкручиваться. Потому что хочу, чтобы ты был рядом со мной. Всегда.
- Я тоже этого хочу, - совершенно искренне отозвался Тиль, украдкой целуя мужчину в колючую щеку. - Ты делаешь меня таким счастливым. И если маме станет лучше, я хотел бы рассказать ей о нас. Что скажешь? Думаю, она сможет это принять.
- Я бы тоже этого хотел. - Согласился с мальчишкой Ксандр и, погладив его по волосам, поднялся с дивана. - Мы обязательно расскажем ей. И моему отцу тоже. Не хочу скрывать наши отношения. Но не переживай, все это мы сделаем в подходящее время. А пока поехали домой. Я, если честно, немного устал.
Тиль кивнул, и Ксандр, не выпуская его руки из своей ладони, направился к выходу.
Вернувшись домой, Ксандр первым делом направился в душ. Длительный перелет утомил его, и теперь усталость стекала по коже парня вместе с теплой водой и мыльной пеной.
Вода всегда расслабляла Ксандра, приносила некое подобие покоя и умиротворения. Вот и сейчас, стоя под струями, он наслаждался этими непередаваемыми ощущениями, думая о том, что, наверное, еще никогда в своей жизни он не был так счастлив как в последние дни.
Жизнь казалась парню ярким приключением, исполненным света и радости. Он встретил человека, который наполнил его сердце любовью. У него были прекрасные друзья, готовые поддержать его в любой момент. Всё было не просто хорошо, а восхитительно. И большего Ксандр и желать не смел.
***
Когда мужчина ушел в душ, Тиль занялся багажом, желая поскорее разобрать чемодан, чтобы потом можно было со спокойной совестью отдыхать, не думая о рутинных делах.
Но стоило парню взять в руки одежду Ксандра, как у него возникло нестерпимое желание поднести ее к лицу и глубоко вдохнуть любимый запах, что он и проделал.
Даже секундное расставание с мужчиной доставляло Тилю нестерпимые муки. Его одолевала беспричинная тоска, а в голове начинали крутиться беспокойные мысли.
Что, если это всего лишь сон? Что, если Ксандра вообще не существует? Возможно ли, что он придумал себе этого человека, чтобы не сойти с ума от одиночества?
Конечно, эти предположения были лишь плодом бурно разыгравшейся тревоги, и все же Тилю захотелось немедленно получить неопровержимые доказательства того, что Ксандр не фантом, а человек из плоти и крови.
И парень, отложив в сторону одежду, поспешил в ванную комнату.
Напор воды в душевой был настолько сильным, что за его шумом Ксандр вряд ли услышал звук открывающейся дверцы. Тем более что Тиль не стал распахивать ее полностью, а проскользнул в едва образовавшуюся щель, и тут же прильнул к широкой спине мужчины, крепко обнимая его руками и целуя в основание шеи.
От его действий Ксандр напрягся. Тиль почувствовал, как мышцы его торса затвердели, а кожа покрылась россыпью мурашек. И эта реакция воодушевила парня.
Он прижался к мужчине еще теснее, и стал укрывать его мокрые плечи жадными поцелуями, приговаривая:
- Тебя не было всего несколько минут, а я уже начал сходить с ума от тоски. Я так привык, что ты все время рядом со мной, что теперь не могу прожить без тебя и мгновения.
Счастливая улыбка тронула губы Ксандра, и он накрыл руки Тиля ладонями. А после повернулся к нему и начал усыпать его лицо легкими поцелуями.
Любовь к Тилю сводила Ксандра с ума. Затмевала собой все, что было важно до появления мальчишки в его жизни. А ведь раньше Ксандр и представить себе не мог, что можно вот так с головой погрузиться в этот безумный и такой сладостный омут.
Тиль плавился в его руках. Тихо вздыхал и прижимался всем телом, отчего Ксандр распалялся только сильнее. Его ладони скользили по плавным изгибам хрупкого тела, губы укрывали сладко пахнущую кожу поцелуями. А когда желание стало почти невыносимым, Ксандр вжал Тиля в стену и, подхватив его под бедра, приподнял.
- Я люблю тебя, - прошептал Ксандр и резко вошел в Тиля, срывая с его губ болезненный протяжный стон. - Прости меня, маленький. Прости, но я так сильно хочу тебя.
Тилю было больно и хорошо одновременно. Он вскрикнул и задрожал в сильных руках Ксандра, чувствуя, как его ягодицы и бедра покрываются мурашками. А потом откинул голову назад и обхватил талию мужчины ногами, расслабляя мышцы, чтобы большой орган мог входить в него как можно глубже.
И как только Ксандр задел внутри Тиля то место, стимуляция которого заставляла его трепетать от удовольствия, член парня тут же возбудился и вытянулся, упираясь в мокрый живот мужчины.
Тиль издал глубокий стон и, внезапно подавшись вперед, схватился губами за мочку уха Ксандра, нежно терзая ее, от чего мужчина издал странный, звериный рык.
Его движения стали порывистыми и грубыми, а во взгляде, обращенном на парня, горела алчность. Он как будто сошел с ума, с упоением толкаясь в Тиля, пока на него не накатила волна удовольствия.
Тогда Ксандр вжал мальчишку в стену и излился в него, жадно целуя мягкие губы, пока они не опухли.
А потом сжал ладонью член Тиля, и ласкал парня до тех пор, пока и он не достиг пика величайшего наслаждения.
От переполняющих его эмоций Тиль даже расплакался, но сильный напор воды смыл его слезы. Парень еще некоторое время продолжал держаться за мужчину, сминая пальцами его плечи, а потом расслабился и встал ногами на пол.
- Мне кажется, я сейчас умру от счастья, - признался Тиль. – Даже не верится, что все это происходит со мной.
Ксандр только крепче прижал к себе мальчишку и коснулся губами его макушки.
- Я люблю тебя, - в сотый, наверное, раз за этот день повторил парень и тихо рассмеялся, понимая, что может говорить о своей любви бесконечно. - И я тоже бесконечно счастлив, Тиль. Так счастлив, что порой мне даже страшно.
От этих слов мальчишка напрягся и крепче прижался к Ксандру. И парень поспешил его заверить:
- Но всё будет хорошо. Я уверен в этом. Всё будет просто чудесно.
Тиль согласно кивнул.
Сейчас ему хотелось верить в лучшее, и он слепо следовал этому желанию, полностью доверившись судьбе. И хоть где-то в глубине его души засело чувство неуверенности, он постарался переключиться на более позитивный настрой.
У них с Ксандром все сложилось прекрасно. И никто в целом мире не сможет помешать их счастью.
Еще немного постояв под струями теплой воды, Ксандр помог Тилю помыться, после чего бережно укутал его в полотенце и, ни на миг не выпуская мальчишку из объятий, отвел в спальню.
После длительного перелета они оба устали, а жаркий секс и вовсе разморил Ксандра, сделав его вялым и сонным.
Уложив Тиля на кровать, парень забрался под одеяло, и нежил мальчишку, лаская его обнаженную кожу ладонями и укрывая ее поцелуями. Впрочем, надолго Ксандра не хватило, и он начал проваливаться в сон, который очень скоро полностью поглотил его сознание, наполнив его прекрасными видениями счастливой жизни.
Ксандр уснул, а Тиль, наоборот, почувствовал прилив бодрости. Еще немного понежившись в объятиях мужчины, который тихо сопел, уткнувшись ему в шею, парень, наконец-то, решился выбраться из кровати и позвонить Ричарду и Оскару. Он хотел выразить им свою благодарность за то, что они навещали его маму, и за цветы, о которых они заботились, и решил сделать это как можно скорее.
Завернувшись в халат Ксандра, Тиль вышел в гостиную и первым делом набрал Оскара. Несколько мгновений он слушал только длинные гудки, а потом в динамике что-то щёлкнуло, и парень услышал ленивый протяжный голос Ричарда:
- Абонент временно дрочит и не может подойти к телефону. Пожалуйста, больше не звоните ему по пустякам.
Тиль завис на мгновение, совершенно сбитый с толку, а потом тряхнул головой и все-таки заговорил:
- Дик, привет, это Тиль. Прости, что побеспокоил. Я только хотел поблагодарить вас с Оскаром за заботу, которую вы оказали моей маме. И хотел сказать ему спасибо за цветы. И если вы оба заняты, я могу перезвонить попозже.
- Тиль! Рад тебя слышать, приятель. Как вы там отдыхаете? Все нормально? Что-то от вас с Ксандром ни слуху, ни духу. Мы не заняты... вернее я не занят, - хмыкнул Ричард. - Ос сейчас, правда, тоже не особо занят, но ты ведь знаешь, что, если оставить кое-какое дело незавершенным, то потом ходить будет неудобно.
- Эм... – выдохнул Тиль растерянно, не зная, что сказать в ответ на очередную шутку Ричарда, но потом все-таки взял себя в руки и проговорил: - Мы уже дома. И, Дик... я хотел сказать тебе спасибо. Моя мама так счастлива, что вы к ней приходили. И я очень счастлив, что вы с Оскаром так заботились о ней. Это многое для меня значит.
Тиль выдохнул и вжал ладонь в грудь, пытаясь унять участившееся сердцебиение. Он с замиранием ждал ответа, до ужаса боясь, что всего этого не было, и Дик сейчас выкрикнет в трубку: «Розыгрыш! Тебя разыграли, Тиль! Кому ты нафиг сдался вместе со своей мамой?!» Но все же отчаянно гнал от себя эти мысли, понимая, что просто еще не привык к манере общения Ричарда и только поэтому испытывает в разговоре с ним некоторую нервозность.
- Да не за что, приятель, - отозвался Ричард, и Тилю даже почудилось, что он слышит в голосе мужчины легкое смущение. - Мы же друзья, а друзья помогают друг другу. Кстати, а почему вы из аэропорта не позвонили, мы бы с Оскаром вас встретили, с ковровой дорожкой, оркестром и стриптизершами.
- Мы не хотели никого беспокоить, - ответил Тиль, сияя улыбкой, которая могла с легкостью затмить даже свет солнца.
- Да какое беспокойство, приятель? – фыркнул Ричард. – Я тут со скуки подыхаю, и с радостью встретился бы с вами. Где, кстати, твой благоверный?
- Спит, - ответил Тиль.
- Как выспится, передай ему от меня, что он неблагодарный сукин сын, для которого дружба – это только пустой звук, а потом собирайтесь и приезжайте в мой любимый клуб к девяти вечера. У меня есть для вас несколько замечательных новостей.
- Ладно, - не стал отнекиваться Тиль, - я передам ему твое приглашение.
- Вот и замечательно! - обрадовался Дик и, бросив короткое «будем ждать», попрощался с Тилем и отключил связь.
Тиль еще немного постоял, любуясь своими растениями, которые под бдительным присмотром Оскара выглядели просто прекрасно, и вернулся в спальню.
Ксандр спал мертвым сном, обнимая подушку Тиля и закинув ногу на его половину кровати. Но парня это ничуть не смутило. Он пристроился с самого краешка и еще некоторое время лежал, любуясь лицом мужчины. Но потом усталость все-таки взяла свое, и парень, наконец, уснул.
***
Сон медленно отступал, освобождая Ксандра из своих крепких объятий. Проснувшись, парень еще несколько минут просто лежал с закрытыми глазами, прислушиваясь к тишине квартиры и к тихому сопению у себя за спиной.
Осторожно повернувшись и подложив руку под голову, Ксандр посмотрел на мальчишку, не в силах сдержать улыбку умиления.
Подтянув колени к животу, Тиль спал, укутавшись в его халат, и прижимал к носу воротник, вдыхая хранящийся на ткани запах. Его лицо было спокойным, умиротворенным и невероятно красивым. Длинные ресницы откидывали на молочную кожу легкую тень и казались крыльями нежного мотылька, который решил отдохнуть от длительного и утомительного путешествия.
- Как же я тебя люблю, маленький, - прошептал Ксандр, обнимая Тиля и касаясь мочки его уха губами.
От этого легкого поцелуя ресницы Тиля дрогнули несколько раз, и мальчишка приоткрыл глаза, все еще затуманенные сном.
- Что, уже пора идти? - нехотя пробормотал Тиль, прижимаясь к мужчине, объятия которого были для него желаннее всех сокровищ мира. - Дик сказал, что будет на месте в девять. Давай еще немного полежим.
- Куда это ты уже собрался идти, да еще и с Ричардом? – спросил Ксандр с легким недоумением, запуская пальцы в волосы мальчишки и мягко массируя его затылок. - Я не отпущу тебя.
- Я не сам... я с тобой, - проговорил Тиль, ластясь к ладони мужчины. - Дик сказал, что у него есть для нас какие-то новости.
Ксандр на мгновение задумался, а потом улыбнулся, касаясь губами кончика носа парня.
- И во сколько он хочет встретиться?
- Сказал, что в девять, - зажмурившись от удовольствия, проговорил Тиль.
- Ну раз так, то нам стоит поторопиться. Хотя, - Ксандр игриво вскинул бровь и резким движением подмял Тиля под себя, устраиваясь между его бедер и недвусмысленно намекая, что может найти для них занятие поинтереснее, - мы вполне можем опоздать.
- Разве что только самую малость, - выдохнул Тиль, обнимая Ксандра за шею и коротко целуя его в губы. - Тебе не стоит пренебрегать таким хорошим другом как он.
- Ну уж нет, - целуя шею мальчишки и с каждым мигом заводясь все сильнее, проговорил Ксандр. - На малость я не согласен. Думаешь, такой хороший друг не подождет часика два?
- Не знаю, - выдохнул Тиль.
Перед глазами у него все поплыло, а тело обдало истомным жаром. И он, не задумываясь, обхватил спину Ксандра ногами, давая понять, что готов к близости.
- Я думаю, он нас поймет, - шепнул Ксандр, медленно проникая в мальчишку. - А если нет, то какой он, к черту, друг?
Тиль рассмеялся, и тут же застонал, не в силах сдержать голос, когда низ его живота свело спазмом болезненного удовольствия. И этот стон стал для Ксандра мощным стимулом, побудившим его к активным действиям, из-за которых через несколько минут спальня наполнилась стонами и вздохами, перемежающимися с ритмичным скрипом кровати и стуком спинки о стену.
***
«Ну и чем таким важным ты занят, любимый, что не можешь ответить на мой звонок? Как всегда лобызаешь монитор своего ноутбука? Эх, Оскар, Оскар, ты неисправим. Ну сколько можно, при живом-то мне? Надеюсь, ты не забыл о встрече? Я уже в клубе. Не задерживайся. И да, не смей дрочить на мой голос! А то знаю я тебя, извращенца».
Выслушав сообщение, оставленное Диком на автоответчике служебного телефона, Оскар поднялся из-за стола и оглянулся.
В офисе почти никого не осталось. Крупные торги пришлись на обеденное время, а к вечеру всё затихло. Только парочка неудачников все ещё сидела за мониторами компьютеров, пытаясь спасти от банкротства своих работодателей. Бедолаги. Оскар, который работал на себя и рисковал только своими финансами, искренне им сочувствовал.
Попрощавшись со своим соседом, который в обед выдрал себе несколько клоков волос, проигравшись по-крупному, парень направился к лифту. И уже через несколько минут стоял под зданием фондовой биржи и пытался поймать такси.
Улица бурлила жизнью. Полнилась звуками несмолкающих голосов, музыки и проезжающих мимо автомобилей. Такое многообразие шума для спокойной натуры Оса было несколько впечатляющим. Поэтому обычно он предпочитал работать дома или в тихом кафе.
Но сегодня внезапно случился обвал экономики, и Оскару пришлось поехать в офис. Пришлось работать в атмосфере массовой истерии, спасая свои деньги. Хорошо, что он успел положить капитал Ричарда на счет в Швейцарском банке, где он теперь хранился и множился за счет процентов. Хорошо, что ему хватило проницательности не сделать ставку и на эти сбережения.
Оскар усмехнулся. Теперь он остался почти без гроша в кармане. Но это обстоятельство не сильно расстроило мужчину.
Да, ему придется продать машину и переселиться в район для малоимущих, но он не считал это какой-то катастрофой. В конце концов, он с этого и начинал, когда только приехал в Нью-Йорк. Поднялся один раз, поднимется и второй.
Вопрос в том, захочет ли Ричард ждать, когда он снова обретет финансовую независимость?
Впрочем, размышлять над этим Оскар не стал. Как только представится случай, они поговорят об этом и придут к какому-нибудь решению. А сейчас мужчине хотелось просто немного отдохнуть и запить свой крах изрядной порцией алкоголя.
Когда Оскар приехал в клуб, Ричард уже ждал его за одним из столиков, развалившись на диване и потягивая коктейль. Рядом с ним крутилась хорошенькая официантка, явно желая привлечь к себе внимание этого эффектного во всех смыслах самца, но сегодня Оскару было лень ревновать, и он сел напротив любовника с совершенно непроницаемым лицом, делая вид, что его не касается происходящее.
Официантка, к ее чести, на появление еще одного посетителя все-таки отреагировала и упорхнула, чтобы принести меню. А Оскар, проводив ее бесстрастным взглядом, снял очки и прижал пальцы к пекущим глазам.
- Ты чего это уселся черт знает где? - с подозрением глядя на Оскара, спросил Ричард.
Настроение Дика было чудесным, в отличие от настроения друга, который мрачной тучей вошел в клуб и не менее мрачно приземлился за милю от него. Обычно Оскар выбирал себе место рядом с Ричардом, но сегодня решил изменить своим привычкам, и это насторожило парня.
- Тебя что, на входе охранник облапал? Чего ты такой угрюмый?
- Устал, - ответил Оскар, возвращая очки на место.
И тут же кивком поблагодарил официантку, которая принесла ему меню.
Девушка стрельнула в Ричарда взглядом и пообещала вернуться позже, когда они определяться с выбором, а Ос, перелистнув тонкий буклет сразу на страницу с крепкой выпивкой, стал изучать ассортимент.
Но не успел он толком определиться, как девушка уже была тут как тут, сияя обворожительной улыбкой.
«Новенькая она, что ли?» - отстраненно подумал Ос. -
«Так и вьется. Раздражает».
- Бутылку «Johnnie Walker Black Label»*, - озвучил Оскар свой заказ, после чего поднял на Ричарда взгляд и спросил: - Тебе что-нибудь взять?
- А ты что, не поделишься? - усмехнулся Дик, но тут же махнул рукой. - Принеси мне «Manhattan», милочка. И поживее.
Девушка сверкнула белозубой улыбкой и скрылась. А Дик вновь посмотрел на Оскара, теперь уже всерьез обеспокоившись его настроением.
Обычно на дружеских встречах Ос не заказывал ничего крепче «Черной Пятницы» с двойным бурбоном, но сегодня почему-то уже во второй раз изменил своим привычкам.
- У тебя что-то случилось? - спросил он. - С чего это ты решил прогуляться с Джонни**? Пара шагов в его компании, и до кровати мне тебя тащить придется.
- Говорю же, тяжелый день. - Оскар натянул на свое лицо более или менее бесстрастную улыбку. - Пара глотков спиртного, и все придет в норму.
Он постучал пальцами по столешнице, оглядываясь по сторонам, а потом снова обратил взгляд на Ричарда.
Друг явно почувствовал перемену в его настроении, и Оскару пришлось улыбнуться более искренне.
- Все в порядке, - уверил он, и тут же поспешил сменить тему: - Я подготовил все необходимые документы для полиции. Видео у тебя? Нужно будет приложить его к раздобытым уликам.
Ричард запустил руку в карман джинсов и с самодовольной улыбкой положил перед Оскаром флешку.
- А с Бетти что? - спросил Ос. - Надеюсь, тебе не пришлось идти на крайние меры, чтобы получить это. Иначе проблемы с полицией будут уже у нас.
Под «крайними мерами» Оскар подразумевал секс. С Ричарда могло статься затащить малолетнюю дурочку в постель, чтобы добыть нужные сведения. Но спрашивать его напрямую, тем самым показывая свои чувства, парень не хотел, притворившись, что во всей этой ситуации его волнует только «буква закона».
- Эй! - искренне возмутился Дик. - Ты за кого меня принимаешь?! Мне даже пятки оголять не надо, чтобы свести кого-нибудь с ума. Обычно пары фраз хватает.
- Это точно. Своей болтовней ты любого заставишь свихнуться, - Послышался за спиной Ричарда знакомый голос, и парень тут же обернулся, сияя радостной улыбкой.
- Ксандр! Тиль! Ну наконец-то! - воскликнул парень, поднимаясь с дивана и ужом проскальзывая ближе к Оскару, чтобы уступить друзьям места. – Вы-то чего так долго? Ладно Оскар анонирует на своей работе без продыха, ну а вам-то что помешало?
- Мы проспали, - ответил Тиль, смущенно почесывая нос, потому что врать друзьям было немного стыдно.
- Смена часовых поясов, сам понимаешь, - поддержал мальчишку Ксандр без зазрения совести. - Мы бы и дальше отдыхали, если бы кое-кому не приспичило поделиться ужасно важными новостями. Так что выкладывай, что там у тебя?
- О! У меня... нет, вернее у нас с Оскаром сразу две очень важные новости. - Ричард жестом пригласил парней присаживаться, и когда они уселись, отхлебнул из своего бокала немного коктейля. - Ос, доставай из своих широких штанин наш свадебный им подарок.
От услышанной фразы Ксандр чуть не поперхнулся и тут же с толикой угрозы сказал:
- Даже не думай доставать при Тиле всякую мерзость.
- Ну почему сразу мерзость? - возмутился Ричард. - То, что Ос прячет у себя в штанишках, очень даже симпатично выглядит. Я сам видел. Там все очень складно, крепко и вызывает трепетный восторг.
Тиль с Ксандром переглянулись, а Оскар тем временем положил перед Тилем напечатанное заявление в полицию с именами парней, которые издевались над ним, и попросил:
- Подпиши это, и мы одним махом покончим со всеми твоими обидчиками. Не бойся, что тебе не поверят. Дик раздобыл видео, на котором отчетливо видно, кто и что с тобой делал. Бетти хранила его у себя как трофей, но теперь его копия у нас.
- А откуда вы вообще узнали, что меня кто-то обижал? - спросил Тиль взволнованно. - Ксандр, это ты им рассказал? Но зачем? Я же говорил, что не хочу ворошить это осиное гнездо!
- Тиль, послушай, - вмешался Оскар, не давая мальчишке возможности разнервничаться еще сильнее, - если ты сейчас ничего не сделаешь, то может пострадать кто-нибудь еще. Тебя Ксандр из этого колледжа забрал, но что делать с другими учениками, которых, возможно, так же беспощадно терроризируют? Неужели ты один был жертвой их издевательств? Припомни, скольких еще задирали эти сволочи?
- Была еще парочка ребят, - ответил Тиль, стараясь держать себя в руках, хотя в его груди всё стиснулось от страха, когда он представил, какие последствия может иметь его подпись на этом заявлении. - Над ними тоже издевались. Но ведь они могут пожаловаться родителям. Пусть те и разбираются.
- А если не могут? - спросил Оскар. - Бывают разные обстоятельства, когда не поделишься. Стыд, например, или страх, что к тебе не прислушаются.
- Или гордость, - вставил Ричард свое слово, вспомнив, что мешало ему пожаловаться на избивающих его мудил.
- Но почему это должен быть именно я? - запаниковал Тиль.
- Потому что с тобой поступили несправедливо, - ответил Оскар вкрадчиво. - И виновники должны понести наказание. Потому что обидчикам нужно мстить, иначе они так никогда ничему и не научаться.
Тиль вздохнул тяжело и придвинул к себе листок, вчитываясь в имена. Однако кое-что всё-таки не давало ему покоя.
- Морис ничего со мной не делал, - сказал Тиль, указывая пальцем на имя старшеклассника.
- Но он и не вступился за тебя ни разу, - напомнил Ричард. - На видео этот мудак действительно всегда держался в стороне. Но я что-то не заметил, чтобы он пытался препятствовать происходящему.
- Покажи мне это видео! - потребовал Ксандр.
Его лицо потемнело, а во взгляде полыхнул гнев.
- Приятель, лучше не надо, - попытался образумить его Дик. - Вам с Тилем лучше забыть об этом. Пусть полиция и присяжные разбираются.
- Я сказал, дай сюда! - разозлился Ксандр. - Если Тиль не хочет идти в полицию, я сам с ними разберусь.
- Ксандр, не надо.
Тиль дернул мужчину за локоть, но тот не обратил на это никакого внимания, продолжая протягивать Ричарду раскрытую ладонь.
Дик растерянно посмотрел на Оскара, и тот нехотя кивнул. После чего сказал, обращаясь к Ксандру:
- Только давай сначала отойдем в сторону. Или ты хочешь, чтобы Тиль тоже вспомнил все, что с ним случилось?
- Ксандр, не надо никуда ходить! - взмолился парень. - Это уже в прошлом. Мне все равно. Но если ты хочешь, я подпишу заявление. Только не ввязывайся в это дело!
- И оставить этих мудаков безнаказанными? - стараясь говорить спокойно, чтобы не напугать мальчишку своей злостью, спросил Ксандр. - Нет.
- Я подпишу, - быстро проговорил Тиль и сжал руку Ксандра в своих дрожащих ладонях.
- Вот и правильно, - расплылся в улыбке Дик. - Любой поступок имеет свои последствия, и чем раньше они это поймут, тем лучше будет для них.
Тиль кивнул, но уверенности в этом жесте не было и в помине. Однако он все же взял ручку и оставил на составленном Оскаром заявлении свою подпись. После чего передал документы обратно и обратил на Ксандра немного испуганный взгляд.
- Тебе не о чем волноваться, - постарался успокоить его мужчина. - Им воздастся по заслугам.
Ксандр обнял Тиля за плечи и коснулся его щеки теплым поцелуем.
- Эй! А ну хорош тут тискаться! - возмутился Ричард.
- А ты что, завидуешь? - спросил Ксандр с едкой усмешкой.
- Конечно, завидую! - не стал скрывать Дик. - Вы тут жамкаетесь и чмокаетесь, а мне вот это напивающееся нечто досталось в компанию.
- Ну так пожамкайся с ним, - рассмеялся Ксандр. - Или кишка тонка?
- Тонкость моей кишки этот гад уже проверил неоднократно, - фыркнул Ричард и покосился на Оскара, который все так же пребывал в самом паршивом настроении, хотя причин тому парень совершенно не находил. - Это, собственно и есть новость номер два. Думаю, нам больше не стоит прятаться и скрываться. Тем более что член этого алкоголика, похоже, настроил свой радар на задницу покрепче, а я, как вы знаете, не терплю конкуренции.
- Ты серьезно? - спросил Ксандр, с недоверием глядя на сидящих рядом друзей.
Тиль так же изумленно вскинул брови.
А вот Оскар помрачнел еще сильнее и одним махом осушил бокал с виски.
- Он серьезно, - сказал парень на выдохе. - Мы встречаемся несколько месяцев. Вот только до этого дня Дик упорно настаивал, что нам стоит скрывать свои отношения. Что же переменилось, интересно?
- Что переменилось, - передразнил Ричард ехидно. - А то ты не знаешь. Этот гад, - он некультурно указал на захмелевшего Оскара пальцем, - строил глазки какому-то тощему задохлику, в то время как я, рискуя своей целомудренностью и невинностью, добывал доказательства для дела Тиля. Глазенки так и горели, когда какой-то хмырь подсел к этому вертихвосту за столик. Расстояние, конечно, не позволило мне расслышать, о чем эти два зяблика щебетали, но по их радостно сияющим клювам было видно, что они мутят что-то пошлое и гадкое. Это он сейчас сидит холодный как позапрошлогодний снежок, а тогда так и плавился от радости. Я, конечно, мог бы его пометить, ну там, в туфли нассать или потереться яйцами о его шарфик, но это как-то не гигиенично. А теперь у него просто не будет выхода.
- Это у тебя теперь не будет выхода, - мрачно отозвался Оскар. - Теперь, если ты захочешь со мной порвать, на твоей безупречной репутации ловеласа останется такое неприглядное пятно как я. Лучше бы ты и дальше держал все это в секрете.
Глядя на то, как Оскар залпом осушил бокал и тут же налил себе новый, Ксандр нахмурился. Это было немного странно. Не то, что Ос напивается, а то, что он совершенно не рад тому, что Дик отважился на такой решительный шаг. У друга явно что-то случилось, но Ричард, должно быть, расценил слова Оскара совсем иначе.
- Да чем ты недоволен?! - спросил он возмущенно и ударил парня в плечо. - Сам еще несколько недель назад ныл, что тебе не хочется прятаться. А теперь что? Задница того ушлепка затмила Солнце? Ты охренел?!
- Да какого ушлёпка? - спросил Оскар, совершенно не понимая, из-за чего Ричард напустился на него. - Единственное, что я обсуждал, когда наблюдал за твоими похождениями, это покупку выгодных инвестиций. Так что тебе не о чем переживать. Твой зад для меня по-прежнему на первом месте.
- Тогда в чем дело? - не на шутку разозлился Дик.
- Я же сказал - тяжелый день, - отозвался Оскар угрюмо, понимая, что как только Ричард узнает, как сильно он сегодня облажался, то наверняка больше не захочет иметь с ним ничего общего. - На бирже был полный завал. И сейчас я должен быть не здесь. Но, честно говоря, я не хочу никуда идти. Я просто хочу напиться, чтобы очистить голову перед предстоящей работой. Могу я позволить себе этот каприз?
Ос повернулся к Дику и посмотрел на него затуманенным взглядом, словно ожидая от него благословения на эту незапланированную попойку.
Тем временем Тиль дернул Ксандра за рукав и, потянувшись губами к его уху, сказал негромко:
- В новостях сегодня говорили о кризисе. Работники биржи ведь очень сильно зависят от экономики, да?
- Да, - кивнул Ксандр, не сводя глаз с друга, - и, судя по всему, у Оскара неприятности. Но он об этом не скажет. Даже если Дик выест его мозг чайной ложечкой.
- А ты можешь как-то ему помочь? - спросил Тиль.
- Не думаю, - покачал головой Ксандр и обнял мальчишку, чтобы тот не чувствовал себя неуютно из-за развернувшейся перед ними сцены. А потом обратился к Дику: - Отстань уже от него. Пусть расслабится.
- Хочешь сказать, что я его утомляю? - сверкнул глазами Ричард.
- Дик, просто позволь ему напиться и все, - вкрадчиво проговорил Ксандр. - У тебя тоже бывают плохие дни. Завтра поговорите.
Ричард хотел было высказать все, что он думает по этому поводу, но, бросив мимолетный взгляд на Тиля, который испуганно жался к Ксандру, решил не усложнять.
- Ладно, - махнул он рукой и откинулся на спинку дивана, больше не глядя на Оскара и сосредоточив все свое внимание на Ксандре и Тиле. - Расскажите лучше о своем путешествии. Уверен, вам есть чем поделиться.
Тиль кивнул. Во время поездки у него действительно накопилось много впечатлений, и он поспешил рассказать о них Ричарду, чтобы хоть немного разрядить напряженную обстановку.
Очень скоро все, кроме Тиля, изрядно захмелели. А Оскар так вообще, прикончив бутылку виски, теперь напоминал сонного зомби. Он то и дело молчаливо заваливался на Ричарда, с явными намерениями уснуть, но парень, который все еще злился на друга за эту мрачную попойку, все время грубо отталкивал его.
В итоге Ксандру стало больно смотреть на эту сцену, и он посоветовал Ричарду отвезти Оскара домой.
- Дай ему проспаться, - посоветовал Ксандр, помогая Дику усадить смертельно-пьяного друга в такси. - Думаю, у него были причины так напиваться.
- Я ему эти причины клещами через задницу вытяну, - грубо пихнув Оскара в плечо, прорычал Дик.
После чего попрощался с друзьями и, назвав водителю адрес, уехал домой, со всей страстностью выдумывая как можно было бы заставить Оскара пожалеть об этой попойке.
***
Оскар просыпался в жутком состоянии. Голова гудела, да и тошнило его сильно, словно вчерашние закуски рвались обратно из желудка. Голодный, уставший, раздраженный, он много пил, стараясь отвлечься от проблем. И как результат – мучительное похмелье.
Да уж, давненько он так не надирался.
Парень приоткрыл глаза и посмотрел на пустующую часть кровати. Дика не было, хотя Ос совершенно точно помнил, что домой они ехали вместе.
Потом Ричард тащил его на себе до квартиры, выслушивая пьяную ересь, которую Оскар щедро изливал на его несчастную голову. А что было потом, затерялось в пьяном тумане.
Наверное, Дику надоело возиться с безвольным куском дерьма, и он поехал ночевать к себе. Возможно, это было и к лучшему. Не придется объясняться с ним, пытаясь втолковать, почему им нужно сделать паузу в отношениях.
И все же нехорошо получилось. Ричард только решил открыться, что в его случае автоматически приравнивалось к признанию в любви, а он в пылу своего раздражения испортил такой знаменательный для них обоих момент.
И за это малодушие Оскар действительно себя призирал.
Однако долго терзаться муками совести Оскару не позволили. Только он собрался истязать себя мысленными упреками до самого вечера, как в спальне раздался язвительный голос Ричарда:
- Доброе утро, любимый. Что б каждое твое утро было как сегодняшнее, долбанный ты ублюдок.
Ос с трудом приоткрыл глаза и, морщась от головной боли, присмотрелся к стоящей на пороге комнаты фигуре.
Это действительно был Дик. Встрепанный со сна, в одних только трусах и с подносом в руках, на котором стояла запотевшая бутылка воды.
- Что ты здесь делаешь? – спросил Оскар сипло, проглатывая тошнотворный комок, застрявший в горле. – Почему ты не ушел?
- Чтобы сделать твою жизнь невыносимой, говнюк ты махровый, - лучезарно ответил Ричард и, сжав в руке бутылку минералки, что было сил запустил ею в Оскара.
Парень даже не стал ее ловить, покаянно принимая от Дика расплату за вчерашнее скотское поведение. Бутылка приземлилась ему на плечо, обдав пылающую кожу ледяной прохладой.
- Прости, - выстонал Оскар, хватая «подачку» и с трудом откручивая крышку. - Я вчера вел себя как скотина. Но я, правда, считаю, что ты зря рассказал Ксандру и Тилю о наших отношениях.
- О! Это я понял еще вчера, - осклабился Ричард, кидая в Оскара аспирином. - В тот самый момент, когда ты начал рассказывать им какой я распиздяй с большой буквы «эр», транжира, мот, пройдоха и бесчувственная скотина, выезжающая на других в рай, но при этом при всем, обладаю одним охрененным плюсом. Заметь, только одним. И это, цитирую: «Пиздец какая сексуальная, узкая и невероятно развратная задница, которая с охотой принимает в себя твой член».
- Я, серьезно, все это сказал? - поморщился Оскар.
Он напивался крайне редко, и не знал, на что способен в невменяемом состоянии. Но, быть может, Дик по своему обыкновению перекрутил его слова?
- А ты Ксандру позвони и узнай, - бросил Дик раздраженно. - Он все это время старательно закрывал Тилю уши, но, судя по тому, каким взглядом мальчишка на тебя смотрел, ему это плохо удавалось.
- Прости, - проговорил Оскар, выискивая таблетку аспирина, чтобы хоть немного облегчить головную боль и попытаться решить эту ситуацию мирным путем. - Твоя сексуальная задница далеко не единственный твой плюс.
Он закинул в рот довольно большой кругляшек и залпом выпил всю воду, наслаждаясь ее целительной прохладой. А потом со стоном повалился на подушку и прикрыл глаза, стараясь удержать лекарство и воду в желудке.
Похоже, вчера он разошелся не на шутку, излив на Ричарда гнев за собственную недальновидность. И теперь не представлял, как загладить перед ним свою вину.
- Ну да, ну да, - протянул Дик саркастически, - только вот примеров у тебя не найдется.
Он подошел к кровати и, присев на ее край, посмотрел на любовника. Оскар выглядел ужасно. Бледный, помятый, словно вылез из глубокой могилы и теперь не понимал, какого черта его вернули к жизни, которая не так уж ему и мила.
- Может, все-таки скажешь мне, почему решил со мной порвать? Да еще и таким мерзким способом? - после непродолжительного молчания совершенно серьезно спросил Ричард.
Больше всего на свете Оскару хотелось сейчас провалиться сквозь землю и упокоиться где-нибудь в аду, где, всяко, было бы легче выносить похмельные муки. Но Дик ждал объяснений, и парню ничего не оставалось, кроме как признать поражение.
- Вчера я потерял все свое состояние, - проговорил он устало. - Не знаю, как мне удалось не уйти в минус. Но, по большому счету, после продажи квартиры и машины, и оплаты кредитов, у меня останется разве что пара баксов на кофе. Мне придется в буквальном смысле жить в офисе, пока я не смогу снова встать на ноги. Вот поэтому я и сказал, что ты поторопился. Если бы ты не рассказал обо всем Ксандру, то мог бы избежать его осуждения после того, как мы расстанемся. Теперь же... я даже не знаю, как нам быть.
- Ты серьезно? - удивленно вскинул бровь Ричард, глядя на любовника полными неверия глазами.
Оскар приподнял веки и угрюмо кивнул.
- Да, я банкрот, - вздохнул он и вновь закрыл глаза, не желая видеть выражения полного разочарования на лице любимого человека. - У меня теперь ни гроша за душой.
- Охренеть, - выдохнул Ричард и, тут же схватив подушку, со всей силы ударил ею парня. - А причины получше не нашлось?! Ты долбаный, эгоистичный, сраный счетовод! Из-за каких-то денег! Мудак подзаборный!
Каждое слово Ричард сопровождал ударом подушки, но даже эти манипуляции не помогали ему выпустить пар.
- Да на кой хер мне сдались твои деньги, ушлепок ты центовый?! Ты за кого меня вообще принимаешь?!
Оскар вяло отмахивался от подушки, позволяя Ричарду выместить свое негодование. И когда парень немного выдохся, поспешно сказал:
- Ты не понимаешь. Причина не в деньгах. Дик, я буду неделями пропадать в офисе. Чтобы вернуть свое состояние, мне придется проводить на работе все свое свободное время. Как долго ты захочешь терпеть такое пренебрежение к себе? Это может длиться полгода, а то и год! Ты осознаешь, что мы не сможем видеться, не сможем даже общаться нормально?! С моей стороны было бы очень эгоистично ждать от тебя такой самоотдачи!
- Да какая нахрен самоотдача?! - вновь разозлился Дик. - Ты что, вчера все мозги пропил?
Оскар хотел было что-то сказать, но Ричард ему не позволил и рта раскрыть.
- Скажешь хоть слово, и я тебе бутылку с водой в задницу запихну, - пригрозил парень, а потом забрался на кровать и, усевшись на бедрах Оскара, сложил руки на груди. - На самом деле я не понимаю масштабов трагедии. Ну просрал ты свои деньги, и что? Конец света не наступил из-за этого. К тому же у меня их полно. А у тебя полно мозгов, которых нет у меня. Так что взбодрись, раскисшая задница. Страдай своим чертовым похмельем, но не долго. Сегодня ты мучаешься и болеешь, а завтра мы будем думать, как из твоих мозгов и моих денег замутить охрененный микс.
- Прости, но я не могу на это согласиться, - сказал Оскар.
- Это еще почему? - спросил Ричард.
- Я не хочу рисковать твоими деньгами. Это уже слишком.
- Но ведь риск оправдан, – разумно заметил Ричард. - К тому же парой миллионов больше, парой меньше. Какая разница. Тем более истинные ценности долларами не измеряются. Тоже мне сравнил какие-то там мятые бумажки, и «Пиздец какую сексуальную, узкую и невероятно развратную задницу, которая с такой охотой принимает в себя твой член». Она, конечно, не нефтепровод в Ираке, но тоже не менее важна.
- Дик... ты неисправим, - сказал Оскар, тепло улыбнувшись другу, который продолжал восседать на его бедрах с грацией прирожденного наездника. - Но все же, спасибо, что пытаешься помочь. И спасибо, что рассказал Ксандру о наших отношениях. Для меня это очень много значит.
- Так много, что ты старательно позорил меня весь вечер, выставляя полным кретином перед нашими друзьями. - Фыркнул Ричард, даже не думая забывать о прошедшем вечере, и планируя еще минимум год припоминать Оскару его фиаско.
- Я пытался спасти положение, - проговорил Оскар, с трудом приподнимаясь, чтобы иметь возможность обнять Дика. - Прости, что поступил так с тобой. Я знаю, тебе было нелегко признаться в том, что ты меня любишь. Но я обещаю тебе, что в будущем ты ни секунды не пожалеешь об этом.
- Конечно не пожалею, - усмехнулся Ричард и, склонившись к Оскару, больно укусил его за ухо. - А если пожалею, то уж будь уверен, я превращу твою жизнь в ад.
- Я согласен, - ответил Ос и порывисто вжал Дика в себя, собираясь как следует загладить перед ним свою вину. - Если ты будешь рядом со мной, я готов стерпеть что угодно.
- А ты у нас, я смотрю, мазохист, - хмыкнул парень.
- Для тебя я стану кем пожелаешь, - жарко выдохнул Оскар, опрокидывая Ричарда на кровать и стаскивая с его задницы трусы. - Тебе я позволю делать со мной и с моей жизнью все, что захочешь. Я люблю тебя. Никогда об этом не забывай.
Дик попытался было что-то съязвить, но Оскар не дал ему такой возможности, вовлекая его в страстный поцелуй.
Примечания:
*Johnnie Walker Black Label — купаж класса «де люкс». В него входит около сорока сортов выдержкой не менее 12 лет. 35 сортов из 40 — солодовые виски. Главное преимущество и достоинство Johnnie Walker Black Label — сложность вкуса.
**прогуляться с Джонни – игра слов от названия сорта виски, который заказал Оскар.
Bạn đang đọc truyện trên: Truyen247.Pro